Вот что интересно: в отличие от собственно российских, законы диалектики исправно продолжают действовать на территории суверенного всего. Тому есть немало подтверждений, странно, если бы было не так, и вот, кажется, можно посмотреть на еще одно. При всей своей видимой противоположности обнаруживают признаки некоторого упрямого единства такие не похожие с виду субъекты: речь идет о деловой прессе и о том, что принято называть новомодным, хотя и не имеющим твердой дефиниции словом «гламур».

Дело, разумеется, не только в таких лежащих на поверхности схожестях, как деление (весьма, впрочем, условное) на качественные и другие, которым дается много различных определений, издания. Тем более что представление о качестве часто не совпадает даже у игроков внутри единого сегмента. И не в достаточной насыщенности соответствующих сегментов рынка, хотя мало кто сегодня соберется запускать новое бумажное деловое издание (лозунг дня — все в интернет), да и сравниваемый с деловым сектор тоже не ожидает каких-то качественных прорывов. Вполне, в общем, насытили читателя.

Интересно другое. Сегодня можно говорить о том, что и гламурные журналы, и деловые издания описывают своему основному потребителю-читателю тот мир, к которому он, читатель, имеет более чем опосредованное отношение.

И представитель условных трудовых резервов, и другой читатель, удаленный от даров нефтяной трубы либо столь же приятных плодов административного ресурса, рассматривает линии куршевельской трассы вовсе не в ожидании прохождения пограничного и таможенного контроля. И трудовые тусовочные будни специального, именуемого бомондом народца изучает не по дороге на очередную тусовку. То же самое относится к интерьерам, модам и прочим удовольствиям. Весь этот чудесный мир создается для него, читателя, только в третью очередь. В первую, разумеется, для рекламодателя, а во вторую — для небольшого круга лиц, которых принято по прежним временам именовать ньюсмейкерами. Такой замечательный получается городок в табакерке, только вовсе не по Одоевскому. Что-то вроде сказок Гофмана для обладателей разовых контрамарок.

А парадокс в том, что ровно в такой очередности задач (рекламодатель — ньюсмейкер — читатель) и с той же степенью близости читателя к описываемым новостям и событиям делаются сегодня и главные деловые издания. Или, говоря точнее, основная, деловая часть этих изданий. Незабываемая вспоминается тут история — публикация в газете «Ведомости» на следующий день после взрыва дома в Москве маленькой заметки об этом на далеких внутренних полосах. Притом что главный материал на первой был посвящен пуску какой-то технологической линии на каком-то предприятии.

Когда-то главное деловое издание России новых времен, «Коммерсантъ», одновременно с зарождающимся бизнесом (был он, этот бизнес, конечно, всяким) создавало новое пространство делового мира в России с его представлениями, терминами, правилами. Тогда действительно очень многое из происходящего было внове, впервые и представляло общий интерес. Однако за время пути — немного уточним Самуила Маршака — собачка смогла подрасти.

И сегодня все эти подробные изложения перехода какого-то мужчины или женщины из вице-президентов фирмы А на аналогичную должность в фирму Б так же трогают сердце читателя, как и сообщения об удачном размещении чьих-то акций на Токийской бирже.

Разумеется, подобная информация важна для игроков на соответствующих рынках, но хороши бы были все эти брокеры-дилеры-аналитики, если бы информацию для работы они получали бы из газеты на следующий день после события и новости. И уж в любом случае было бы странно им ждать от журналистов деловых рекомендаций и прогнозов по своему рынку. Для этого есть другие, более оперативные и специализированные источники информации. Это касается и тех не очень многочисленных читателей, которые будут пытаться играть на, прямо скажем, небогатом по предложению российском фондовом рынке.

Вот и выходит, что для большинства читателей деловых изданий, как и для других читателей — гламурного сектора, чтение этих газет и журналов означает только попытку имитации причастности к заманчивому, но не очень доступному миру.

Вот вам и единство противоположностей, и Иммануил (простите, господа борцы за чистоту национальных рядов) Кант.

А ведь реального мира никто вообще-то не отменял, как бы странно это ни звучало. Видимо, пора в порядке исключения обратить на него внимание. Марсианские хроники — дивное чтение, но хотелось бы возможности прочитать что-то еще.

Матвей Найков

Газета. RU